Президент ПМР Красносельский ответил на вопросы RT

Факты об энергокризисе в Приднестровье. Президент ПМР ответил на вопросы RT. Собеседница Вадима Красносельского – Марина Косарева
24 января 2025
RT:

Вадим Николаевич Красносельский, Президент Приднестровской Молдавской Республики. Спасибо Вам огромное, что согласились на это интервью. Мы бы, конечно, хотели начать с самой острой темы. Это, конечно, поставки газа в ваш регион через Молдавию. Вы на днях говорили, что есть осторожный оптимизм, чуть раньше Вы утверждали, что есть договоренность о гуманитарной поставке газа, но нужно немного потерпеть. На какой стадии мы находимся сейчас?

Президент ПМР Вадим Красносельский:

Да, буквально на днях я говорил об осторожном оптимизме, объясню почему. По большому счёту, Приднестровье не вставляет палки в колёса поставкам газа в Приднестровье. Это же самоубийственно – нам-то зачем? Нам холодно, у нас люди мёрзнут, нам надо решать проблемы. Естественно, в этой парадигме мы принимаем условия Молдовы.

Именно Молдова заявила о том, что только «Молдовагаз» может поставлять газ в Приднестровье. Мы согласились. Хотя, конечно, есть и другие поставщики, имеющие лицензию молдавскую. Ну ладно, не будем спорить, это бесперспективно, незачем. «Молдовагаз» так «Молдовагаз». 18 января этого года «Тираспольтрансгаз» направил соответствующее обращение «Молдовагаз»: пожалуйста, если вы желаете поставлять газ в Приднестровье, поставляйте. То есть мы согласны с этим требованием. Далее. А далее мы ждали предложений от молдавских коллег, от «Молдовагаз», откуда будут закупки производиться. И «Молдовагаз» предложила данные закупки делать в Европе у европейского поставщика. Мы согласились и с этими требованиями. Поэтому я и говорил об осторожном оптимизме. Но что происходит дальше? А дальше по непонятной или уже понятной причине спикеры президента Молдовы и правительства, сами президент и премьер-министр стали делать заявления совсем непонятные, которые политизируют процесс и исключают поставки, обвиняя Россию, обвиняя нас, Приднестровье, в том, что мы препятствуем поставке газа. Но это ложь. Исходя из чего, конечно же, я обратился к президенту Молдовы и призвал ее к осмыслению ситуации и принятию здравых решений по поставке газа в Приднестровье. При этом «Тираспольтрансгаз» гарантирует оплату данного газа. Это важно. Поэтому ждем. И хочу обратить внимание на постоянные заявления молдавской власти, президента Санду о том, что у Молдовы газовая труба открыта, что готовы поставить газ в Приднестровье. Так поставляйте. Уже 5 дней прошло, даже после 18-го числа движений никаких нет. Наоборот, процессы затягиваются. Затягиваются искусственно, желая усугубить и так сложную ситуацию в Приднестровье.

RT:

Вы говорили, что вас обвиняют. В чём вас конкретно Кишинёв обвиняет?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Нас обвиняют в том, что мы не принимаем помощь Молдовы в части поставки газа. Только я не могу понять, как это выглядит физически. Мы согласились на все требования Молдовы. «Молдовагаз»? Пожалуйста. Европейская поставка? Пожалуйста. Что ещё надо? Они нас обвиняют голословно, не раскрывая скобки этих обвинений: вот Тирасполь виноват, вот Россия виновата. А в чём конкретно, кто виноват – непонятно. Это всё популистские объяснения, очень лживые, с одной целью – запетлять, запутать и обмануть людей на самом деле.

RT:

Поэтому они не поставляют газ вам, насколько я поняла?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Нет. Данная ситуация возникла фактически с нуля часов 1 января: «Молдовагаз» перестала поставлять газ в Приднестровье. 28 декабря прошлого года «Молдовагаз» официально уведомила «Тираспольтрансгаз-Приднестровье» о том, что они с нуля часов 1 января прекращают подачу природного газа Приднестровью. В этом письме больше ничего и не было. Каких-либо предложений и сценариев развития событий не было. Никаких вопросов о помощи и так далее тоже не было. Вот мы вас ставим перед фактом и делайте всё, что угодно. При этом даже националисты Молдовы не раз заявляли: пожалуйста, покупайте газ где угодно, мы его пропустим через свою сеть до Приднестровья. И как только мы стали договариваться с одной компанией, с другой компанией, мы встретили яростное сопротивление и желание не допустить поставки газа в Приднестровье.

RT:

Чего они хотят добиться?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Вы знаете, здесь сценариев, вариантов их целей, дивидендов на самом деле несколько. Один из сценариев – это доведение Приднестровья до отчаяния. Это желание видеть, как приднестровское руководство не справилось с ситуацией, чего на деле не происходит на сегодняшний день. Желание добиться энергетической катастрофы в полном объёме, которая перетечёт в гуманитарную катастрофу с вытекающими последствиями. Желание обвинить Россию в том, что Россия якобы контролирует этот регион, и вот она допустила такое развитие событий.

RT:

Россия предлагает гуманитарные поставки газа, и Майя Санду назвала поставки гуманитарного газа из России незаконными. Несмотря на то, что это необходимо приднестровцам.

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

На сегодняшний день о гуманитарных поставках газа речь не идёт. Речь идёт о закупке газа «Молдовагаз» на европейских биржах или в иных компаниях, которые поставляют газ в Европе. И всё. С оплатой.

RT:

По завышенной цене по сравнению с тем, что было до этого?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Да, конечно. Даже обсуждать цены не стоит. Это в два, в три, в четыре раза завышенные цены по сравнению с теми, что были раньше

RT:

Но при этом Кишинёв уверяет, что поставляет газ в детские сады и школы, что все, что необходимо, есть.

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Это наш газ. Тот, который мы сэкономили в декабре и оставили его в трубе. И мы этот свой газ сейчас выбираем. Выбираем из этой трубы, понимаете, да? Мы сэкономили где-то 13 миллионов кубов газа в декабре, зная, исходя из заявлений молдавских властей, что ситуация будет складываться негативно. Оставили в трубе 13 миллионов кубов газа. Вот этот газ мы по чуть-чуть расходуем сейчас на социальные нужды. Это не поставка газа. Мы берем наш газ. Это не поставка. Это его использование. Это разные вещи. «Молдовагаз» нам не поставляет.

RT:

Кишинёв ранее обвинял Москву в энергетическом шантаже с целью дестабилизации ситуации в Молдавии. Но при этом, исходя из Ваших слов, я слышу, что тут идёт какой-то энергетический шантаж как раз Кишинёва по отношению к Приднестровью, вынуждая людей, чтобы они страдали и предприняли какие-то действия.

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Вы знаете, вот я опять же чуть истории расскажу. Это же не первый раз. Мы не первый раз сталкиваемся с античеловечными поступками молдавского руководства в отношении Приднестровья. Я хочу напомнить пандемию. Это 2020 год. Помните, какая была истерика общемировая, региональная и так далее, да? Крупные государства проваливались в этой проблеме, не могли оказать функциональной помощи своим гражданам. Я не буду их называть, там всё понятно, это уже история. Так вот. Мы тоже столкнулись с этой проблемой. И официальный Кишинёв был уверен тогда, что мы провалимся в этой гуманитарной катастрофе, что у нас некому будет лечить людей, спасать их, что люди будут умирать, и это всё повлечёт громадные социальные последствия. Но у нас очень хорошо работает административная вертикаль – и тогда, и сейчас. И мы справились с ситуацией лучше, чем наши соседи, с пандемией. Мы спасали людей, обеспечивали всем необходимым. Мы поставляли и защиту, и медикаменты, и оборудование через территорию Молдовы, потому что украинская граница была перекрыта. А молдавские власти держали по два месяца необходимое, не пуская в Приднестровье. Тогда уже, понимаете, уверовав в то, что мы провалимся, и они с этого заработают какие-то свои политические дивиденды. Сейчас ситуация, в принципе, аналогичная. Они ждут провала Приднестровья. Но не дождутся.

Дискриминация по территориальному признаку – это уголовно наказуемое деяние. Дискриминация – недопущение энергоресурсов, лишение людей возможности жить в тёплых квартирах и пользоваться элементарными благами цивилизации. Это делается искусственно, политизируя данный вопрос на самом деле.

RT:

Вот Вы сказали, что Кишинёв это делает ради политических дивидендов. Ради каких политических дивидендов и, самое главное, от кого?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Вы задали вопрос перед этим. Вот – ответ на этот вопрос, который Вы сейчас поставили. Заявляют о том, что Москва желает дестабилизировать Молдову. А как, интересно? Как это физически выглядит? Это заявления, лозунги. Молдавские политики очень любят говорить языком лозунгов. Сказали лозунг, а что за ним – никто не знает. А как Приднестровье может дестабилизировать ситуацию в Молдове? Вы мне объясните. Нам-то тяжело. Как это будет выглядеть физически? А желание обвинить Россию? Просто дестабилизация. Ну и всё. Вот это цель. Обвинение России, обвинение режима в Приднестровье так называемого. Больше целей никаких нет. И, естественно, вот эти заявления молдавских политиков – президента, премьер-министра – о выводе миротворцев России из Приднестровья. Это вообще за гранью понимания. Совсем другой институт. Я хочу напомнить, что между Молдовой и Российской Федерацией действуют соглашения 1992 года о прекращении боевых действий и о мирном решении приднестровского вопроса. Июль 1992 года. На основании этого международного документа были введены соответствующие миротворцы сюда, в Приднестровье. И здесь, в Приднестровье, действует совместная миротворческая миссия: это Россия, Приднестровье и Молдова. Миротворцы тоже здесь участвуют в процессе мирного регулирования. Согласно заявлениям и позиции всех международных партнёров формата «5+2», вывод миротворцев отсюда возможен только после полного, всеобъемлющего решения приднестровского вопроса. И этот вопрос больше трогать нельзя. Это табу. А сейчас, используя энергетический кризис, молдавские политики заявляют о миротворцах, об их выводе. Это куда годится? Это просто политизация процесса.

RT:

Вы были согласны голосовать, принять участие в еврореферендуме в Молдавии. Вы озвучили готовность пойти на сближение с Кишиневом еще с лета прошлого года. Вы идёте навстречу, но одновременно мы видим, что Кишинёв полностью игнорирует вашу позицию. Есть ли смысл вообще пытаться реанимировать этот диалог?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Как раз реанимировать диалог смысл есть. И он абсолютно очевиден. Ну, сами понимаете, без диалога всё очень тяжело потом получается. Какой бы ни был диалог. Как я вижу со своей стороны. Во-первых, надо разбить это понимание на несколько составляющих.

Диалог формата «5+2». Формат «5+2» – это установленный международный формат общения между Молдовой и Приднестровьем, в него входят как гаранты Россия и Украина, посредник – ОБСЕ и наблюдатели США и Европейский Союз. Представьте себе, по сути, весь земной шар практически участвует в процессе регулирования. И он работал. Эффективно, неэффективно, но тем не менее там обсуждались вопросы, там принимались решения консенсусом. И у Приднестровья, и у Молдовы были равные права, равные обязанности. Вот это Молдову очень не устраивало. И в 2019 году Молдова сломала данный формат, не подписав осенью итоговый документ в Братиславе. Была попытка его переписать, еще раз, так сказать, на подпись вернуть, но Молдова не пошла на это, фактически заморозив данный формат.

RT:

Было заявление, если не ошибаюсь, советник Санду заявил, что в случае прихода к власти пророссийских сил на парламентских выборах в Кишиневе Украина должна будет вмешаться и дать немедленный военный ответ. Как на такое можно реагировать спокойно?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Ну я вот, кстати, спокойно на это и не реагировал. Это известный помощник Влад Кульминский, который на ридной мове (я ее понимаю хорошо, я украинец по национальности, польского происхождения, но русский – понимаете, как у нас все здесь переплетено?) это говорил. Я прослушал внимательно это, так сказать, интервью, в котором я фактически уловил подстрекательство Украины против Приднестровья. Это нехорошо. Я об этом сказал. Лично сказал.

Я не знаю, может, для PAS любое правительство будет пророссийское, если только не их большинство. Это же молдавская политика. Очень редко в молдавском парламенте была монополия. Сейчас монополия у PAS. После парламентских выборов, может быть, монополии не будет, будут какие-то коалиции. Конечно, любые группировки можно обвинить в пророссийских позициях. Но люди будут делать выбор. Понимаете, в чем нюанс? Люди. Это их право – делать выбор. Вот и все. Вы боритесь за свой электорат, доказывайте свои европейские ценности. Сейчас, правда, с ЛГБТ будет большая проблема в Европе. Как же так? Там же все отменили ЛГБТ. Все, надо флаги снимать. А как тут поступить? В Молдове этих флагов развешано на каждом углу. И гей-парады проходили: все плевались в ту сторону, а полицейские охраняли. А сейчас как? Вот интересно. Надо опять быстро перестраиваться, менять позиции, подстраиваться под нынешний тренд. Ну посмотрим. Мы-то этим делом не страдали. Приднестровье традиционные ценности бережет. У нас традиционное общество. Нам чужды все эти пошлости на самом деле. И кроме того, демократия – это не вседозволенность. Надо не путать понятия. Демократия – это власть народа. Народа! Это нормально. А то что навязывали, Молдове, Бессарабии, Европе навязывали – это вседозволенность. Это нехорошо. И от этого сейчас откажутся. И слава Богу!

RT:

Не пугает потенциальная мобилизация вокруг Приднестровья? С одной стороны у вас Молдавия, которая не очень дружественно к вам относится, тут Украина, которая вроде готова вмешаться. Вас не напрягает такое положение, в котором вы сейчас находитесь?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Да всех напрягает. И нас напрягает. Мы не агрессоры. Мы не угрожаем Украине. Мы не угрожаем Молдове. Любой здравомыслящий человек в принципе против войны. Любого спросите руководителя, президента – кто скажет, что он за войну? И мы тоже против войны. Мы против войны в Приднестровье. И все отлично знают мою личную позицию. Я-то человек военный. Я знаю, что такое война. Я заканчивал специфический вуз, который дает знания по ядерному сценарию развития событий. Понятно, что давно не служу в этой части. Но я понимаю, что такое война и что такое ядерное развитие войны, что недопустимо. Я всегда говорю о том, что война в Приднестровье – это прямой путь к конфликту Россия-НАТО. С перерастанием в ядерную катастрофу. Кто-то мне верил, кто-то не верил, кто-то думал, что я пугаю кого-то. Я никого не пугаю. Здесь столкнутся интересы НАТО и Российской Федерации. В этом даже не сомневаюсь. Этого делать нельзя ни в коем случае.

Для нас всегда Украина была хорошим, добрым соседом. Это было всегда, исторически. И когда была война в 1992 году, Украина принимала беженцев наших из Приднестровья. Сейчас в Украине беда. Вопросов нет. И мы принимаем беженцев из Украины. С начала боевых действий на Украине в Приднестровье въехало 340 тысяч граждан Украины. 340 тысяч! Из них 40 тысяч примерно остались на ПМЖ, остались проживать в Приднестровье. Остальные уехали дальше. Но жили здесь. И никаких конфликтов здесь не было. Если говорить о многонациональности, то у нас есть украинский лицей, украинские гимназии, Центр украинской культуры. Если говорить о наших соседях. Не говоря уже о русских школах, русских гимназиях и центрах русской культуры. Мы как раз показываем, как можно жить в большой многонациональной семье без ненависти друг к другу. И это, кстати, многих раздражает. Мы-то показываем, как можно. Поэтому мы не считаем Украину врагом для Приднестровья. Это неправильно, если так кто-то считает. И естественно, и Молдову не считаем таковой.

RT:

Как можно решить этот конфликт, если, например, НАТО как раз и ищет это столкновение с Россией? Если странам НАТО, Европе не выгодно, чтобы две стороны договорились, потому что они хотят поглотить Молдавию как раз в Европу. Зачем им обсуждать, что хочет Приднестровская республика? Зачем возобновлять им диалог «5+2»? Конечно, они никогда на это не пойдут, если им это невыгодно. И вот сейчас в Приднестровье люди страдают, а в Молдавии так и продолжают свою проевропейскую линию. Зачем им нужно решить этот диалог?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Они говорят по-другому. На словах все за продолжение переговорного процесса в той или иной форме, на других площадках и так далее. Все в один голос заявляют о мирном решении приднестровского вопроса. Никто из участников формата «5+2» не заявляет о каком-то военном решении приднестровского вопроса. Да, кстати говоря, и руководство Молдовы тоже заявляет о мирном решении приднестровского вопроса. По большому счету, здесь есть консенсус – хотя бы на словах. Никто не генерирует военную агрессию, никто не заявляет о том, что мы, так сказать, будем заниматься реваншизмом и устроим войну в Приднестровье. Вот это радует. Я, кстати говоря, и ранее говорил о том, что президент Молдовы всегда публично заявляет о мирных переговорах, только о мирных, в дальнейшем – и о мирном решении. Но решений не будет без переговоров. Поэтому и идет заморозка данного конфликта. Разморозка конфликта будет чревата определенными правовыми последствиями. Это – нарушение договорных обязательств. Раз. Это, естественно, атака на трёхсторонние миротворческие силы. Два. Появится необходимость в защите 220 тысяч граждан Российской Федерации, проживающих здесь. И, вообще, это – центр Европы. Ну зачем генерировать новый конфликт в центре Европы? Наоборот, надо думать о том, чтобы всё завершить. Любой конфликт завершается только переговорами. Хотят, не хотят, но рано или поздно так будет. Любые, даже 100-летние войны закончились переговорами. И все рано или поздно закончится переговорами, я уверен в этом. Поэтому я и говорю: господа, ну не надо начинать ничего плохого здесь. У нас абсолютно мирные намерения. Мы не агрессоры. Мы никому не угрожаем. Давайте договариваться. Договор – это компромисс. А компромисс – это движение сторон навстречу друг другу. Не когда одна сторона сдаёт свои позиции, а когда двигаются навстречу друг другу. Понимаете? Вот тогда возможны решения. Если одна сторона сдаёт свои позиции, происходит смена власти, и от этих договорённостей откатываются. А когда есть компромисс, есть надежда на их выполнение. Вот в чём разница.

RT:

Вы говорили, что все в конечном итоге хотят договориться, но мы видим, что в вашей республике энергетический кризис, люди страдают. И никто вроде ничего не говорит и не отчитывает Кишинев?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Да, вот это очень Вы правильно заметили. Вы знаете, коллективный Запад, так называемый, он, по сути, всегда выступает адвокатами Молдовы. Что бы они ни сделали. Препятствовали нам в поставке грузов, медикаментов – оправдывали. Закрывали нам счета – оправдывали. Закрывали наши предприятия – оправдывали. Блокируют нашу внешнеэкономическую деятельность – оправдывали. Блокируют движение наших избирателей в Молдову – оправдывали. Не поставляют газ – оправдывают. Я уже говорил не раз, уже устал об этом говорить. Уважаемые западные политики, не выступайте адвокатами. Это всё плохо заканчивается. Разбирайтесь в ситуации, принимайте решения по-честному, по-джентльменски, по тому, как оно есть в плане развития событий. Правда – она есть. Её надо увидеть и понять. Если Молдова заявляет, что мы, допустим, не принимаем какую-либо помощь, так спросите, что именно мы не принимаем. Как это происходит? Не слушайте эти лозунги. Но это всех устраивает на сегодняшний день. Поэтому, помимо адвокатской деятельности, у западных политиков, в принципе, мало что получается.

RT:

Но вот я от Вас слышу, что как будто коллективный Запад просто не разбирается в вопросе. Они верят в то, что им говорит Кишинев, а не в то, что они прекрасно понимают, что они делают.

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Я думаю, там неглупые люди. И всё они отлично понимают. Я с ними встречаюсь. Уверяю вас, всё они отлично понимают. Просто такой контент. Такая задача. Вот и всё.

RT:

И как эта задача может измениться?

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Я выскажу свое мнение. Может, я и ошибаюсь. Где-то в 2017-2018 годах я так же давал интервью, и мне задали вопрос: когда признают Приднестровье? Кстати, в чем я не сомневаюсь. Я сказал, когда признают Приднестровье: после очередной геополитической катастрофы, которая не за горами. Можно поднять в архиве и посмотреть. Это – история этого края. Есть цикличность. Я историю люблю, уважаю. И есть такое понятие, как историческая математика, когда цикличность подтверждена цифрами. Вот оно и выходило, по большему счёту, так. Не говоря уже о таких грандиозных катастрофах, как развал Российской империи и Советского Союза, после которых, конечно, все эти конгломераты, бывшие народы очень сильно трясёт. И я не сомневался в развивающейся геополитической катастрофе, которая будет. И вот я сказал: Приднестровье признают после завершения следующей геополитической катастрофы. Это было сказано в 2017 или в 2018 году. На самом деле очень много решится по итогам боевых действий между Россией и Украиной. Когда будут уже переговорные процессы, когда будет понимание, когда всё это произойдёт, наверное, будет и территориальная судьба Приднестровья решена. Я убеждён, что приднестровский народ заслуживает признания, государственного признания, своей независимости. Мы это заслужили. Всей своей судьбой и всей своей жизнью.

RT:

Поэтому и говорят, что важно знать историю и рассказывать о ней. Потому что есть попытки менять историю, рассказывать, что было всё по-другому. Но всё-таки я надеюсь, как Вы сказали, что мы приближаемся к завершению геополитической катастрофа, которая приведёт, как Вы говорите, к независимости Приднестровья, к завершению конфликта России и Украины. Будем надеяться, что приближаемся всё-таки к этому моменту ради всех нас.

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Я согласен с Вами. Вы знаете, это все ждут, и Приднестровье в том числе. И я всегда говорил, что это – трагедия, но куда деваться.

RT:

Вадим Николаевич Красносельский, Президент Приднестровской Молдавской Республики. Спасибо огромное, что поделились Вашим мнением обо всем происходящем не только о вашей республике, об острых темах, вообще в целом, что происходит сейчас в мире, и как можно всё изменить – было бы желание.

Вадим Красносельский, Президент ПМР:

Спасибо Вам за интерес и за время. Мы нуждаемся в том, чтобы нас слышали. К сожалению, и в России не все понимают, что происходит в Приднестровье, не говоря уже о других государствах. Я убежден, что сегодняшняя передача многих заставит задуматься и заинтересоваться, что всё-таки происходит на самом деле в Приднестровье. Спасибо.